Новости













































Резня в Сургуте: как это было и кто это был


Ахмирова Римма 13:09, 31 августа 2017

Нападения с топором на прохожих в Сургуте все еще не спешат называть терактом, несмотря на связь подозреваемого с ИГ.

С 19 августа на несколько дней Сургут охватила паника. 19-летний молодой человек в балаклаве, черной исламистской одежде и с красным муляжом пояса шахида шел по улицам, резал ножом и бил топором случайных прохожих. Фанатика ликвидировал один из полицейских. Но в городе до сих пор гадают: сколько сообщников «сургутского мясника» осталось на свободе?

Город не может спать спокойно

Сургутянин Андрей Барышников, основатель независимого новостного портала «Сургутский лис», в день происшествия, которое горожане уже назвали «сургутской резней», остался в городе. Но многие его знакомые решили покинуть опасное м­есто.

– Люди запаниковали, многие пытались уехать – на дачу, в деревню, к родне, знакомым. Были даже пробки на выезде. Люди просто сбегали на определенное или неопределенное время. Официальная информация по происшествию была очень скупа, и у большинства закономерно сложилось впечатление, что нам чего-то недоговаривают. Плюс по городу, как бешеные, носились полицейские патрули, крупнейшие торговые центры города закрыли, эвакуировав из них всех посетителей. Нам всем казалось: что-то от нас утаивают, – рассказал «Собеседнику» Барышников.

По городу поползли слухи, что «убийцы с ножом» появляются и в других частях города, что скоро могут активизироваться сообщники ликвидированного «мясника».

– Власти не давали четких ответов, кивали на Следственный комитет, а Следственный комитет и МВД тоже не давали разъяснений, ссылаясь, что идет следствие. Но сейчас не СССР, в век соцсетей информацию не утаишь, – считает Барышников.

Бил, но не убил

Основные сведения распространялись не официальным путем, а друг другу и по социальным сетям. Тем не менее картину удалось восстановить практически поминутно. Около 11 часов утра 19 августа убийца пришел в торговый центр «Северный», разлил горючую смесь и попытался ее поджечь. После того как устроить пожар не удалось, он вышел из ТЦ и пошел по улице Ленина. У банкомата на выходе он ударил по голове топором женщину, затем отбросил топор, взял в овощной лавке нож и стал наносить удары встречным людям.

– Мне рассказал один из пострадавших, что парень с ножом увидел мужчину с ребенком, спросил: «Твой ребенок?» – и после утвердительного ответа отпустил их, а удар нанес следующему прохожему, – привел пример Барышников.

По официальным данным, ранения получили 7 человек, пока один из полицейских не застрелил преступника.

Во всех первых комментариях убийцу называли «психо­патом».

– Никаким психом он не был, – вздыхает заместитель директора Сургутского политехнического колледжа Татьяна Шутова, которая прекрасно помнит своего ученика. Зато на малой родине Артура Гаджиева не помнят.

– Он только родился у нас! И потом сразу уехал в Россию, там ищите причины! – почти кричит в трубку Бейдулах Карибов, глава администрации дагестанского села Эминхюр.

Односельчане пояснили, что отец Гаджиева сел в тюрьму за убийство по пьяной лавочке, когда сын был еще маленьким. Мать взяла ребенка и уехала в Сургут – от позора и за заработком. Там она повторно вышла замуж. В родном дагестанском селе семья бывала только наездами.

– Я запомнила Артура Гаджиева с самого 1 сентября, – рассказала «Собеседнику» Татьяна Шутова. – Он шептался, отвлекался, смеялся, вел себя слишком вольно для первокурсника. Я его пригласила в кабинет для беседы. Но там он только молчал, ничего не говорил. У него была одна тетрадка на все занятия, домашних заданий он не делал никогда, не ходил на консультации, на занятиях смеялся, говорил по телефону. Однажды побил однокурсника. Педагоги не раз писали на него докладные, мы вызывали его и маму на совет, но все без толку. Через полгода его отчислили за неуспеваемость и плохое поведение. Создавалось впечатление, что учиться он в принципе не собирался. При этом он совсем не глупый был и даже стал кем-то типа лидера среди однокурсников, ребята собирались вокруг него. Вот я сейчас уже думаю: может, у него и не было цели учиться, а лишь повзаимодействовать с ребятами?

В Сургуте задержаны уже 10 знакомых Гаджиева, с которыми он «взаимодействовал». Следствие проверяет их на причастность к радикальным течениям.

Сирийский след

Студент-недоучка Гаджиев устроился охранником в ЧОП, но был уволен. Одной из причин, как говорят в городе, могло стать недовольство руководства тем, что сотрудник совершал намаз (молитву) в течение рабочего дня – видимо, оставляя на несколько минут свой пост. Впрочем, официальная мусульманская община не признала в Гаджиеве своего – в мечеть он не ходил.

Уже после нападений 19 августа в интернете появилось видеообращение некоего «аль-Сургути», который присягал на верность запрещенному в России ИГИЛ. Рядом с ним стоял топор. Эксперты пока не доказали, что на видео точно Артур Гаджиев.

– ИГИЛ несвойственно брать на себя чужое, поэтому, как бы нам это ни не нравилось, на кадрах, вероятно, именно Гаджиев. Тем более географическая привязка псевдонима «аль-Сургути» указывает на это, – уверен эксперт по ваххабизму Раис Сулейманов.

– Город у нас рабочий, много приезжих ребят – как адекватных, так и не очень. Но такого ужаса, конечно, никто не ждал. Это стало полной неожиданностью для всех – как горожан, так и, видимо, правоохранительных органов, – замечает Андрей Барышников.

А был ли теракт?

Первоначально «сургутская резня» не попала даже в полицейскую сводку для СМИ, где отразили, например, кражу продуктов, а про массовое нападение – ни слова. Сургутский мэр записал видеоролик, старательно избегая слово «теракт», на федеральном уровне вообще не было заявлений, кроме того, что дело взял под личный контроль глава СК Александр Бастрыкин. Зато соболезнования Сургуту выразил президент Франции Эммануэль Макрон через свой аккаунт в твиттере: «Терроризм ударяет везде. Международное сотрудничество имеет важное значение для его искоренения. Солидарен с жертвами. #Сургут».

Российские федеральные каналы только вскользь упомянули о произошедшем в Сургуте, да и то исключительно в дневных выпусках. Сюжеты длились от полуминуты до минуты.

Дело о нападении на сургутян возбудили по статье «покушение на убийство».

– Конечно, сейчас никому не хочется получать упреки, что проморгали, пропустили. Особенно на фоне принятой у нас точки зрения, что террористы держат в страхе всю планету, а в России почти победили это явление, – полагает Сулейманов. – Но подобное тому, что произошло в Сургуте, во всем мире однозначно трактуется как теракт. Еще с 2004 года эту примитивную тактику нападений с ножом или топором стали проводить в Израиле палестинцы, потом были аналогичные случаи в Европе. У нас, к счастью, ничего подобного раньше не было. Видимо, силовики, как и большинство россиян, мыслят в рамках устоявшегося шаблона: теракт – это взрыв в замкнутом пространстве типа метро, вокзала, аэропорта. Но у террористов сменился тренд, и к этому, конечно, нужно быть готовым...

Кстати

– Исламоведы давно уже предупреждали по поводу обстановки, которая сложилась на Севере России, – объясняет Раис Сулейманов. – Тюменская область, Ямало-Ненецкий, Ханты-Мансийский округа в постсоветский период перенесли сильнейшую миграцию уроженцев Северного Кавказа, Средней Азии, в том числе и тех, кто был причастен к сепаратистским движениям. Некоторые проживают компактно. В селе Федоровка, например, из 23 тысяч жителей 5 тысяч – ногайцы из Дагестана. Всего в этих трех регионах живут до 60 тысяч кумыков, до 100 тысяч лезгин. Не все они смогли хорошо устроиться и обжиться, а социальные проблемы могут стать провокатором радикальных настроений. Тем более что запрещенное в РФ ИГИЛ сейчас посредством интернета и мессенджеров может дистанционно агитировать любого и каждого.

Теги:



Колумнисты

Читайте также